Главная » Статьи » Мои статьи

Мировоззрение для пост-новой эры (выдержки из рукописи)

Мировоззрение для пост-новой эры (выдержки из рукописи)
Оглавление (краткое) стр.
Предисловие 5
Диагностика 6
Уроки ХХ века. Конец «новой эры» 6
Почему я? К кому я обращаюсь? 16 Критика истории 20 Критика людей (Homo vulgaris – негодный материал) 42 Критика идей 62 Идеалы 115 Мета-ценности и фундаментальные принципы 115 Бытие: картина мира 121 Человек и его деятельность 140 Общество и ноосфера 221 Контуры путей 282 В поисках Консорции 283 Сценарии глобального развития и ноосферная стратегия 297 Вместо заключения 306 Грустные итоги 306 Надежда умирает последней 308 Оглавление (развернутое) ПРЕДИСЛОВИЕ 5 ДИАГНОСТИКА 6 Уроки ХХ века. Конец «новой эры» 6 Разочарование 6 Аксиологическая типология человечества 11 Почему я? К кому я обращаюсь? 16 Психологическая тайна мировоззрения 16 От «Я» к «мы» 18 Критика истории 20 Нормально ли человечество? 20 Фундаментальное противоречие: искусственное и естественное 21 Отчуждение и внутривидовая борьба 25 Псевдоорганизация (проклятие посредничества) 33 Псевдосоциализация 43 «Подлинное человечество»? 44 Критика людей (Homo vulgaris – негодный материал) 44 «Единое человечество» и «Homo vulgaris» 44 Установки 45 Предпосылки 55 Типология («элита» и толпа) 57 Критика идей 64 Критика метода 65 Метод критики 72 Система координат 73 Почему я не марксист? 74 Не трудоголик и не гедонист 79 Анархизм тоталитаризма не лучше 81 Природа все учла и взвесила? 82 Анти-Ницше 86 Пандемия постмодернизма 90 Либерализм и тоталитаризм: две «больших иллюзии» 92 Гуманизм и экзистенциализм 95 Позитивизм и прагматизм 99 Фашизм как сатанизм 100 Не то, что мните вы, природа… 101 Почему я не воцерковлен? 102 Эклектика и основы мировоззренческого синтеза 109 ИДЕАЛЫ 117 Мета-ценности и фундаментальные принципы 117 Поступок, развивающаяся гармония, антропокосмизм 118 Добро и зло 120 Идея ноосферы 121 Бытие: картина мира 123 Разные подходы к миру 124 Мир и бытие: онтоантропологический принцип 126 Вне соотношения ничего не существует 127 Конечность и бесконечность мира и любого сущего: в каком смысле любое сущее равно миру 128 Определенность и неопределенность: система и событие 131 Три лика бытия 132 Триединство в действии 137 Что ждать от этого мира и каким мы хотим его видеть? 142 Человек и его деятельность 143 Гармония – ответ на вызов противоречий 143 Норма и идеал 148 Основа человеческих качеств 149 Благо и счастье. Целесообразность и игра 156 Человек- преобразователь 159 Человек в общении 164 О разумных потребностях 171 Человек в мире идеальных образов 175 Познание 176 Выражение и понимание 181 Воображение 183 Идеальная деятельность и вера 184 Эстетическое отношение к миру 186 Религиозное отношение 190 Философско-мировоззренческий аспект 196 Итоговый портрет 198 О заповедях 202 Общество и ноосфера 205 Общие принципы и структура проблемного поля 205 Основные проблемы (власти, «испорченного телефона», «разумных потребностей», собственности, денег, свободы и ответственности, единства и многообразия, занятости, «отцов и детей», права на применение силы) 211 Образ жизни в целом 216 Сфера организации 225 Духовная сфера 238 Сфера материальной жизнедеятельности 256 Формирование человека 260 Итоговые размышления о свободе 283 КОНТУРЫ ПУТЕЙ 284 В поисках консорции 285 Исходный материал 286 Необходимые качества 291 Задачи 296 Сценарии глобального развития и ноосферная стратегия 299 Инвариантные задачи 299 Возможные сценарии («Победа Запада», «Победа исламского экстремизма», «Победа тигров востока», «Победа России», «Ни шатко, ни валко», «Апокалипсис») 302 ВМЕСТО ЗАКЛЮЧЕНИЯ 308 Грустные итоги 308 Надежда умирает последней 310 Предисловие С юных лет я знал, что должен написать эту Книгу. Полвека я работал над её философским обоснованием1. И вот, наконец, приступаю. Здесь не будет философских доказательств в классическом смысле. Они представлены тут в снятом виде. Просто я хочу высказать то, с чем я пришел в эту жизнь, что передумал и пережил за долгие годы и о чем не могу молчать. Мировоззрение для меня – не просто система научных или иных сведений о мире в целом, но система, точнее, целокупность идеалов, ядром которой является ответ на основной вопрос мировоззрения – вопрос об отношении человека к миру, его месте в мире, смысле его жизни. К чему нам самые могучие средства, если мы не знаем, во имя чего мы живем?! Такое мировоззрение можно было бы назвать идеологическим, если, конечно под идеологией понимать не искусственные мифы, предназначенные для манипуляции массами, а учение об идеалах. Я не приемлю мир, созданный Homo sapiens vulgaris. А между тем, какой бы это мог быть чудесный мир! Если бы золотые зерна достижений созидателей соединить в целостной гармонии… Но этому мешает необузданная воля к власти хищников-деструкторов и непрошибаемая пошлость масс конформистов. Это главная проблема. Её постановка и осознание вытекающих из этого следствий станет итогом І раздела – Диагностика, в котором я покажу, как уроки ХХ столетия одновременно знаменуют конец новой эры, почему именно я – человек определенного типа (хотя и весьма нетипичный) оказался призванным увидеть это и, самое главное, предприму попытку тотальной критики истории и нынешнего состояния человечества. (Сначала я назвал этот раздел «Инвективы», но потом решил, что объективность оценки должна превалировать над морализирующими эмоциями). Название же ІІ раздела – Идеалы – говорит само за себя. Очень хотелось, чтобы ІІІ раздел мог получить наименование Пути. Но, к сожалению, для одного человека оправдать такое название - задача непосильная. Поэтому я ограничусь более скромным: Контуры путей. Развернуть идеалы и контуры путей в стратегическую программу и стратегию её реализации под силу только консорции - сообществу единоверцев и единомышленников, исповедующих новые идеалы. Станет ли моя книга началом создания такой консорции? Молчание в ответ на все мои предыдущие обращения (причины которого мне достаточно ясны, и об этом ещё пойдет речь) заставляет меня быть готовым к отрицательному ответу. Что ж, по крайней мере, я всё проясню для себя. А в том, что идеи такого рода очень скоро (в историческом, но, увы, не в личном масштабе времени) появятся и будут востребованы, у меня нет сомнений. И, если мой архив сохранится, то будущий историк напишет об одном из предшественников… 18 декабря 2003 года. 1. См. мои книги: Сагатовский В.Н. Философия развивающейся гармонии в 3-х частях. Ч.1: Философия и жизнь. СПб. 1997; Ч.2: Онтология. СПб. 1999; Ч.3: Антропология. СПб. 1999. Сагатовский В.Н. Есть ли выход у человечества? СПб. 2000. Сагатовский В.Н. Бытие идеального. СПб. 2003. Сагатовский В.Н.Философия антропокосмизма в кратком изложении. СПб. 2004.Сагатовский В.Н. Триада бытия (введение в неметафизическую коррелятивную онтологию. СПб. 2006.Сагатовский В.Н. Вселенная философа. СПб. 2008. ДИАГНОСТИКА Уроки ХХ века. Конец «новой эры» 1. Новая эра – эпоха господства монотеистических религий. Все они вышли из библейского Ветхого завета. Христианство, в отличие от ислама и иудаизма с самого начала отмечено противоречием между Ветхим и Новым заветом, между договорными отношениями с Богом и Нагорной проповедью. В протестантстве эти противоречия достигли вершины и породили атеизм с одной стороны и лицемерный обман и самообман религиозных форм, воплотивших суеверно-магическую сторону религии, с другой. «Я сам построю рай на Земле» - говорит атеистический человекобог. «С нами Бог!» - восклицает якобы верующий и надеется поиметь от этого выгоду и на Земле и на Небе. Обе эти линии ведут к краху традиционных монотеистических религий и его явные признаки в ХХ веке означают конец новой эры. 2. Нагорная проповедь провозгласила равенство людей, любовь и презрение к земным благам. Ветхий завет, ориентирующий на выгодный договор с Богом, естественно привел к идее Реформации: не молитвами, а успехами в делах надо славить Бога. Но реальный результат успеха – богатство и власть, а их символ – Деньги. Духовность Нового завета остается мечтой слабых и ширмой, за которой прячется подлинный бог преуспевающих – воля к власти, наслаждению материальными благами и рискованной игрой – и всё по максимуму. Равенство, любовь и бескорыстные идеалы на словах и в утопиях, власть «избранных» - на деле. Мечтатели строили проекты будущего рая на Земле, «реалисты» строили свой «рай» в настоящем. Но преуспевающих мало, и потому неуспевшие ухватить свой кусок склонны были утешаться либо тем, что и им когда-нибудь повезет, либо верой в общее «светлое будущее». 3. Разочарование - вот ключевое слово для характеристики ХХ века. Глобальные проблемы принесли разочарование в глобальных утопиях и возможности и дальше ориентироваться на максимум. «Смерть Бога» в душах оказалась путем к «смерти человека» - сначала тоже в душе, а затем и в возможной близкой реальности. Не образ рая - земного или небесного, но призрак глобальной катастрофы сопровождает закат новой эры. Жизнь показала невозможность успешного синтеза деловых ориентаций Ветхого завета и прекраснодушных призывов Нагорной проповеди. На соединении научно-технических достижений и «гуманистических» идеалов, т.е. на основе человеческого разума не удалось построить «рай на Земле». 4. Разочарование это особое, я бы сказал, парадоксальное. Какое, в самом деле, разочарование, когда столько бесспорных успехов? Интернет, атомная энергия, полеты в Космос, продление жизни.… Тысячи, миллионы достижений. И всё как в прорву: жизнь в целом не становится лучше – она всё нелепее, шизоиднее, опаснее. Одно улучшение за другим, а знаки катастрофы всё явственнее. Тем трагичнее это парадоксальное разочарование, и всё-таки именно оно остается ключевой характеристикой. 5. Разочарование в идеалах и в прогрессе, направленном на их реализацию. Жестокие войны и тоталитарные режимы дискредитировали вековые утопии, показали иллюзорность «рая на Земле». Нет больше напряженной «стрелы времени», появление которой знаменовало переход к монотеизму. Ход времени, говорят апологеты «конца истории», даст нам новые товары и развлечения, но не новое качество человеческого бытия, соответствующее религиозным или атеистическим глобальным иллюзиям. Никуда дальше рыночной демократии, мол, не пойдем. У неё масса недостатков, но лучше ничего не придумаешь. Они хотели бы думать, что все живущие на Земле согласятся с этим… 6. Разочарование в человеческом разуме, в его возможностях проектирования жизни в целом и истинного обоснования своих проектов. Да, мы признаем, что можно спроектировать дом и даже космический корабль. Но только не жизнь общества в соответствии с идеалом! Почему?! Да потому, что напуганы реальными осуществлениями тотальных проектов. Реализации каких-то проектов получаются – и, слава Богу. Но не претендуйте на истину, каждый прав по-своему. Но почему?! Да потому, что напуганы взаимоисключающими софистическими «доказательствами» политиков и ученых, а на себя взять ответственность – нет, увольте, всё знает только Бог, а я человек скромный (что не мешает во всю ломить «правоту» своих интересов). И вы полагаете, что все живущие на Земле смирятся с этим? 7. Более того, раз проекты подводят и истины больше нет, то, может быть и человека не стоит считать разумным существом по преимуществу? Ещё Достоевский в «Записках из подполья» удивлялся тому, что просветители вообразили, будто бы для человека главное – это разумное удовлетворение его разумных потребностей. Нет же – суть дела в удовлетворении его своеволия. ХХ век, по контрасту с одновременными великими достижениями разума, свидетельствует об иррациональности наших желаний и поведения: самые дикие суеверия, немотивированные преступления, рабство у манипуляторов сознанием и виртуальной реальности (перманентный «лохотрон»), нелепость «свободно принимаемых» коллективных политических решений.… А между тем вся демократия основана на допущении того, что человек разумен, что он способен самостоятельно принимать разумные решения и договариваться о правах и свободах. И вы считаете, что противоречие между реальной массовой неразумностью и устройством общества, основанном на гипотезе о разумности «нормальных» индивидов, не взорвет это общество? И что все живущие на Земле намерены и дальше терпеть эту нелепость? 8. Разочарование в свободе. Как мечтали освободители человечества о гарантиях свобод и прав личности, о свободном времени, обеспечивающем пространство свободного развития…. В реальности мечта обернулась сутяжничеством, вседозволенностью и развратом. Опять-таки, не во всем и не для всех. Понятно, что размаха современных достижений не было бы без частичной реализации великой мечты. Но, если смотреть на ситуацию в целом, то безответственная «свобода от…» захлестнула созидательную «свободу для…». Права есть, время есть, но уровни готовности оказались разными: кто-то готов лишь для бесконечного отстаивания своих прав, кто-то – для необузданного потребительства, кто-то – для игр, несоразмеряемых с порядком реальности. Авантюрные игры политиков и финансистов, «акции» считающих себя людьми искусства, преступные развлечения…. Говорят, что ХХ век отстоял свободу от тоталитарных посягательств. Но что это за свобода?! Свобода без идеалов – путь в бардак и бедлам. И не надейтесь, что все живущие на Земле смирятся со «свободой» общества, в котором закончилась история. 9. Разочарование в равенстве. Разумные и свободные личности, естественно, должны быть равными. Как же на деле воплотился этот лозунг эпохи Просвещения? Вместо прозрачного равенства, основанного на взаимном признании прав и ведущего к единству человечества в целом, мы получили полное искажение и крушение идей равенства и единства. «Восстание масс» заменило идею реального равенства на всеснижающую уравниловку: «Шо такое?! Мы все равны!». Страшная сила полуобразованности: раньше они тупо молчали и тупо резали по случаю войны или бунта; теперь же нагло «судят» обо всём на свете. Ну, какое же, простите, равенство в возможности принять правильное политическое решение между честным, знающим и мыслящим человеком и элементами электората, которыми можно манипулировать хоть с помощью бутылки водки?! А реальное неравенство возрастает как в уровне развития отдельных людей, так и в глобальном масштабе. Исключительные прорывы во всех сферах духовной жизни у отдельных личностей и рядом - одурманенные массовой культурой и наркотиками стада урбанизированных дикарей. Процветающие регионы «золотого миллиарда» и нищие, завистливые, озлобленные остальные миллиарды. А грозящее нам «единство» - это глобализация, примитивная стандартизация, позволяющая управлять всем миром в угоду интересам суперхищников, прикармливающих «золотой миллиард». Теперь, правда, Запад почувствовал опасное дыхание быстро догоняющих соперников, что изрядно добавляет напряженности и запутанности в мировую ситуацию. 10. Разочарование в братстве. Идеи религиозного, классового, расового (националистического) и интернационального братства оказались опасными иллюзиями, и за некоторые из них мы ещё продолжаем платить. Большинство этих «братств» основывалось на принципе «против кого дружим» и на поверку они продемонстрировали свою непрочность перед натиском групповых и личных шкурных интересов. Верующие объединяются против «неверных» и религиозные войны стали жестокой реальностью ХХ века - реальностью с точки зрения просветителей и марксистов совершенно неожиданной. Где была «пролетарская солидарность» при формировании номенклатуры и распаде «социалистических» режимов? Куда испарилось арийское «братство» в терпящей поражение и поверженной Германии? Распад Советского Союза и взлет «национал-карьеристов» продемонстрировал, чего стоит братство интернациональное. Нет, не на братстве, а на рыночной работе локтями и юридическом крючкотворстве строятся ныне и общественные и межличностные отношения. Об иллюзии воскрешения чувства братства при совместных возлияниях и песнопениях говорить не будем…. И не надо приводить контпримеры – они, безусловно, есть, но тем драматичнее (трагичнее?) общее положение дел. 11. Разочарование в любви. Идеал любви в том смысле этого слова, когда подразумевается внутреннее признание самоценности Другого (а не «давай займемся любовью»), был представлен в двух вариантах: религиозном (христианском) и светском (просветительско-атеистическом). В первом из них он как бы объединяет идеи равенства и братства: «нет ни эллина, ни иудея», все люди равны перед Богом, и потому следует возлюбить не только ближнего своего, но и врагов своих. Во втором такое объединение имеет уже вполне земную основу: люди достойны любви, ибо «человек – это звучит гордо». Опять-таки, можно приводить примеры, когда люди следуют таким принципам – но в общем обе идеи провалились. Собственно, человечество не следовало им в течение всей своей истории, но это объяснялось «тяжелыми условиями существованиями», «непросвещенностью язычников (или трудящихся)», угнетением и т.д. ХХ век - с его демократией, улучшением условий жизни, комфортом, свободным временем, всеобщим образованием – оказался особенно безлюбым. Дело, стало быть, не в «условиях жизни»; во всяком случае, не только и не столько в них. Не любить, а «брать от жизни всё» - этот рекламный слоган для Homo sapiens vulgaris как-то ближе. 12. Разочарование в мессианской силе, которая «спасет мир». Эта задача оказалась не по плечу ни одному «избранному народу» (формируемому хоть на этнической, хоть на религиозной основе), с ней не справился «передовой класс» пролетариат, не сумел решить её и класс «белых воротничков». Теперь за неё, кажется, берутся разные подозрительные секты, но дальше собственного обогащения и газовой атаки в метро они вряд ли продвинутся. Те же, кому принадлежит реальная власть, спасать мир явно не собираются. Им и так хорошо. А недовольных они надеются проконтролировать и, если понадобится, убрать. К счастью, эти «стоящие на земле» прагматики не способны адекватно оценить пределы своих умственных возможностей. 13. Итак, что же мы имеем в результате? - Сплошные противоречия. Прежде всего, это противоречие между исчерпанием старых мировоззренческих – и религиозных и светских – ресурсов и ситуацией, которая не может быть разрешена без мировоззренчески обоснованной стратегии: отсутствие глобального мировоззрения пред лицом приближающейся глобальной катастрофы. Гибельное господство хищного антропоцентризма (всё для человека, и по максимуму) породило экологическую глобальную проблему: своими действиями по отношению к природе мы рубим сук, на котором сидим, превращаем всё ещё чудесную зеленую и голубую планету в место, не пригодное для жизни. Неравенство в уровне жизни и господство воли к власти при мощной технической вооруженности порождает военную глобальную проблему: люди могут уничтожить друг друга или вернуться к новому, на этот раз радиоактивному, средневековью. Неконтролируемый рост населения при отсутствии средств его достойной социализации (порча генофонда вкупе с культурным одичанием) создает культурно-антропологическую глобальную проблему. Надежда на Бога и его промысел, столь характерная для монотеизма, уже не срабатывает: разве что случится новый потоп. А человеческий разум, столь хитроумный в технических новшествах, пока не может предложить идеалы, способные дать адекватный Ответ на современный Вызов истории. 14. Аксиологическая типология человечества. Другое фундаментальное противоречие, которое наглядно выявил ХХ век, относится к пониманию внутренней структуры человечества. Где враг, заведший нас в современные дебри? Где сила, способная вывести из них? При ответе на оба вопроса пора отбросить поиски в лице расы, нации, класса, религиозной конфессии. Совершенно иные образования подспудно вершили ход человеческой истории, а ныне в своих отношениях друг с другом породили парадоксальную конфигурацию. Чтобы сделать эту мысль ясной, надо обратиться к истории и теории. 15. В любой человеческой деятельности – индивидуальной и коллективной – есть три звена: мысленный проект, его реализация и опосредующая первое и последнее звено организация; чтобы исполнить задуманное, надо организовать и процесс выработки идеи, и процесс её воплощения. В идеальном государстве Платона эти три функции нашли пока ещё приблизительное воплощение в делении общества на философов (соединяющих функции порождения идей и общего управления), воинов (осуществляющих защиту – наиболее тогда бросающаяся в глаза сторона организации) и ремесленников (исполнителей). В ХХ веке Арнольд Тойнби разделил людей на творческое меньшинство, правящее меньшинство и массы. Это уже более точное деление, но в нем оказались смешанными функциональные и ценностные характеристики: не только что делает, но и во имя чего. Творцы хотят «как лучше», управленцы – как им выгоднее. И потому получается «как всегда» (вспомним судьбы любых революций: кто их зачинает и кто приходит к власти). Ну, а массам остается приспосабливаться к навязанному им режиму реализации чуждых им идей и интересов и не забывать при этом урвать своё. Получается как бы двойной «мимесис» (термин Тойнби, означающий внешнюю подделку под внутренне непонятные роли): управленцы используют идеи творцов как выгодные им лозунги, а массы, желая жить «не хуже других» и «как белые люди», делают вид, что идут именно этим «правильным путем». 16. Я думаю, что функциональное и ценностное деление людей надо сначала развести, а потом соотнести. В функциональном плане, чем бы мы ни занимались, любой целостный акт деятельности (от замысла до конечного продукта) включает в себя замысел, его реализацию и организацию процесса в целом. Соответственно всегда и везде самым фундаментальным делением людей будет их деление на генераторов идей, реализаторов и организаторов. Но и те, и другие, и третьи могут иметь совершенно разные (вплоть до взаимоисключающих) смыслы деятельности, базовые ценности, во имя которых они генерируют новые идеи, реализуют их и организуют их создание и воплощение. Эти ценностные различия, задающие разную направленность деятельности, можно расположить между двумя аксиологическими полюсами. В самом широком смысле эти полюса могут быть обозначены как Добро и зло. 17. Добро – это совершенствование мира и самого себя во имя возрастания добровольного, от сердца идущего единства и любви (признания самоценности друг друга и объединяющего целого). Зло – это стремление сделать себя центром бытия вопреки и за счет других и целостности жизни: «пусть всё будет по-моему», «буду делать, что хочу» («Элита» в этом случае любит говорить о «самореализации» и «самовыражении». Любой ценой?!). В любые времена, в любых обществах, нациях, классах, профессиях и конфессиях в отношении базовых ценностей есть два полярных меньшинства: созидатели, ориентированные на такую ценность как поступок, и деструкторы, ориентированные на такую ценность как пре-ступление. Поступок – это ответственное действие, направленное на службу добру, а пре-ступление – действие, направленное на службу злу (независимо от того, трактуется ли это действие как юридическое преступление). Пре-ступление в аксиологическом смысле означает именно стремление пре-ступить предел, не считаясь с последствиями для других и для целого: что значит для такого человека, как Наполеон, миллионы жертв (вспомним «Преступление и наказание» Достоевского). Вспомним и ницшевское воспевание пре-ступления (всё, мол, хорошо, что ведет к возрастанию воли к власти). Между этими двумя меньшинствами также всегда расположено большинство тех, кто не реализует сущностную возможность человека к самостоятельному выбору жизненной стратегии. Они живут «как все», «как принято». А поскольку эти нормы и образцы либо формируются стихийно, либо культивируются созидателями и деструкторами, то конформисты, составляющие большинство, ориентируются на такую ценность как мимесис (подражание, приспособление к чуждым образцам). И вся история – это непрекращающаяся борьба за массы конформистов между носителями доброго и злого начала. 18. В творческом меньшинстве Тойнби (среди генераторов идей) могут оказаться как созидатели, так и деструкторы. Само по себе творчество – это ещё не индульгенция вседозволенности. Куда важнее его направленность. То же следует сказать о правящем меньшинстве и массах. Среди организаторов полно прагматиков и бюрократов, но там же мы видим порой образцы бескорыстного служения. Среди реализаторов есть как исключительно честные и ответственные люди («народ» в лучшем смысле этого слова), так и агрессивно-разрушительная толпа, злобные люмпены. Итак, не пролетарий, предприниматель, христианин, мусульманин, ариец, негр, «правый», «левый» и т.д. хороши или плохи сами по себе, но взгляните глубже: во имя чего действуют их отдельные представители и что может доминировать в них в определенных условиях. 19. Прежде чем воспользоваться новой идеей о фундаментальном разделении людей на функциональные и аксиологические группы, выскажу необходимые предупреждения. Первое. Эта типология, как и любая другая, не должна быть прокрустовым ложем, в которое надо втиснуть любого конкретного человека. В чистом виде общие типы встречаются редко. В каждом из нас в разных ситуациях, в разных областях жизни могут проявляться черты самых разных типов: скажем, созидатель на работе, конформист в семье; или, наоборот, созидатель на садовом участке, конформист перед начальством, деструктор для подчиненных. Но важно выявить доминантное отношение: лирический пейзажист и нежно относящийся к собакам Гитлер всё же, по большому счету, деструктор. Второе. Все эти типы есть в любой социальной группе; человек, волею судеб ставший чиновником или банкиром, может сохранить порядочность, а проповедник добра оказаться носителем зла. Однако и здесь действует принцип доминанты: деструкторы чаще встречаются там, где есть возможность властвовать, применять прямое или косвенное насилие. Их явно больше среди управленцев и посредников, чем среди «простых людей» (хотя и среди последних тоже хватает). Вывод: не навешивать ярлыки, а заниматься ответственным конкретным анализом. 20. По отношению к ходу истории в целом среди генераторов идей доминантную роль играли созидатели и деструкторы (носители доброго и разрушительного творчества), среди организаторов (правящего меньшинства по Тойнби) – деструкторы и конформисты, искажавшие любые добрые идеи в угоду своему властолюбию и стремлению быть поближе к кормушке, а среди реализаторов – конформисты, приспосабливающиеся к господствующему (но не ими заданному) образу жизни. В течение тысячелетий суть отношений между этими группами не менялась: реализаторы производили земные блага, без которых не могли бы существовать ни генераторы идей, ни организаторы; генераторы создавали идеальные проекты (технические, политические, религиозные и т.д.), без которых не осуществимы ни реализация, ни организация; организаторы (управленцы и посредники), пусть и, прежде всего, в свою пользу, но как-то выполняли функции руководства, защиты, распределения и обмена и т.д. Но в ХХ столетии отношения между этими группами приняли парадоксальный характер: связь между ними перестала быть, пусть и несовершенной, но всё же абсолютно необходимой. Возрастание свободы и здесь образовало своеобразные люфты. 21. Правящее меньшинство, ориентированное на получение максимальной прибыли, нуждается теперь в массах в основном как потребителях, ибо производство становится всё более автоматизированным и роботизированным, и необходимая для существования и воспроизводства населения совокупность продукции производится всё меньшим и меньшим количеством людей. Несколько процентов фермеров в развитых странах не только кормит всё население данной страны, но и производит продукцию на экспорт. Индустрия досуга и развлечений теснит материальное производство, а финансовые операции всё в большей мере приобретают виртуальный характер: долларовые бумажки продавать выгоднее, чем реальные товары, тем более что с 1971 г. масса долларов, выпускаемых в США, никак не привязывается ни к золотому запасу, ни к материальному обеспечению. Шесть миллиардов «недоразвитых», за исключением дешевой рабочей силы и выгодных с точки зрения бизнеса потребителей, явно становятся лишними для тех, кто возглавляет «золотой миллиард». ( Россия оказывается одним из полигонов для опробования этого «нового порядка»). 22. После провозглашения «конца истории» (рыночная демократия, мол, утвердилась во веки веков), правящее меньшинство перестало нуждаться в гуманитарной части творческого меньшинства. Идеи и идеалы опасны, они будоражат потребителей, а для политических слоганов большого ума не надо. Меценаты со странностями ещё могут прокормить любителей «игры в бисер», составителей исторических коллажей, превращающих гуманитарию в нечто подобное коллекционированию спичечных коробков, но не более того. Такие как я уж точно не нужны. Конформистские массы потребителей и играющих в виртуальном пространстве во всякой «идеологии» тем более не нуждаются. 23. А что же творческое меньшинство? Зачем созидателям добрых идей, организаторам, ориентированным на служение Общему делу, и народу, не развращенному бездумными развлечениями и потребительством, паразитирующие на них деструкторы!? Разве без них не лучше реализуются достижения науки, подлинного искусства и мировоззренческие идеалы? Зачем нам спекулянты, ростовщики, бюрократы и мегаполисные люмпены? Они хотят превратить человечество в зомбированную массу, но разве потенциал, накопленный созидательным человечеством, не позволяет теперь освободиться от этого агрессивного балласта? Речь идет не о «ликвидации буржуазии как класса». Ну, ликвидировали в Советском Союзе буржуазию, тут же из среды бывших бедняков сформировалась номенклатура и полезла в олигархи. Избавимся, допустим, от олигархов, пересмотрим результаты «прихватизации», - поверьте, всё вернется на круги своя, если не ударим глубже – по деструкторам в любом обличье. 24. Приходится осознать: единого человечества, которое только по недосмотру не живет в соответствии с разумными идеалами (данными Богом или выработанными его, человечества «лучшими представителями»), не существует. Обращаться к человечеству в целом – утопия. Речь может идти лишь о том, чтобы поставить на место деструкторов и создать такие условия, в которых конформистам было сподручно вести себя прилично. 25. В первой половине ХХ века Николай Асеев писал: С тех пор как шар земной наш кружится, Сквозь вечность продолжая мчаться, Людей великое содружество Впервые стало намечаться. Увы, не свершилось. И если мы не хотим вместо утопического содружества получить вполне реальный управляемый игроками-деструкторами «человейник», придется признать более актуальными мои строки, написанные в 1998 году: Кончается ХХ век, Кончается. Стрела богов на тетиве Качается. И к ним решение придет, Придет решение… Одних возмездие в нем ждет, Других – спасение И будет избран новый Ной. Да будет избран! Ковчег взметнется неземной Над общей тризной. Избегнем драмы в новый век, Избегнем драмы, - Коли сумеет тот ковчег Уйти без Хама! * *Самое глубинное мое отношение к жизни выражено в стихах. См.: Сагатовский В. Обрыв в голубизну. Симферополь. 1991; Сагатовский В. В миру и дома. СПб, 2001. 26. Конец новой эры знаменуется осознанием того, что осуществить проект единого счастливого человечества, свободно воплощающего идеалы равенства, братства и любви, не удалось ни на основе веры в единого Бога, ни на основе собственного разумного проекта, исходящего из возможности разумного же согласования разных ценностных ориентаций, смысложизненных позиций. Перед нами альтернатива: либо «жить» в условиях постмодернистского раздрая, виртуальных игр и манипулятивного функционирования в рамках жесткой структуры пришедшей к «концу истории» рыночной «демократии», либо выработать принципиально новое мировоззрение. Я выбираю второй вариант. *** Критика идей Нельзя объять необъятное? - И не надо! Нам нет нужды демонстрировать эрудицию, детально рассматривая все варианты устройства человеческой жизни, накопленные в истории. Тем более что освоить такую массу информации просто невозможно физически. Наша конечная цель в другом: осуществить системный синтез «зерен истины», представленных в различных мировоззрениях, на едином целостном основании так, чтобы дать основу для мировоззрения, адекватного Вызову пост-новой эры. А для этого в данном разделе предстоит сделать следующее: - дать критику методов, не позволяющих достигнуть искомой целостности; - сформулировать методологические принципы, приемлемые для конструктивной критики, способствующей достижению поставленной конечной цели; - осуществить исходное структурирование проблематики, выделив основные координаты, в соответствии с которыми строятся различные мировоззрения; - выделить основные мировоззренческие направления, актуальные для нашей задачи, и провести их сравнительный критический анализ, выявляя их положительные моменты и показывая их недостаточность с точки зрения требований, предъявляемых к целостному мировоззрению. При этом будем исходить из замечательной идеи Вл. Соловьева: в каждой философско-мировоззренческой концепции есть момент истины, который, однако, если смотреть на него как на панацею, как на единственно верный всеобщий принцип, превращается в ложное «отвлеч
Категория: Мои статьи | Добавил: Sagatovskij (18.07.2013)
Просмотров: 256 | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
Имя *:
Email *:
Код *: